А он, мятежный, просит бури,
Как будто в бурях есть покой!
Главная Новости Творчество Фотоальбомы Об авторе
О родных и близких Детство

Я стою на краю обрыва, подо мной то ли река, то ли ручей, бегущий между скал, а чуть дальше за ним, подымаясь все выше на сопку, разбросаны небольшие домики дачного поселка. Слева от меня спуск по камнепаду. Когда-то здесь сошла лавина и сделала достаточно удобный спуск. Если по нему чуть-чуть уйти вправо и по узкому карнизу пройти вдоль обрыва, то можно попасть в огромную пещеру, уходящую в глубь скалы. А еще ниже, где мелкий расколотый камень сыплется из-под ног, оголяется узкое отверстие - вход в другую пещеру. В ней жил человек, в ней он и умер. Спросите, почему я это знаю? Все очень просто.

Мы жили в Красноярске, Матросова, 10б. В этом городе я пошел в первый класс. Мой брат, который старше меня на шесть лет, иногда брал меня на сопки, находившиеся всего лишь в трех километрах от нашего дома. Стоило выйти из него и пройти по нескольким переулкам, мимо какого-то огромного завода - и мы оказывались в тайге. Березы, ели - все вперемешку. Узкая тропинка ведет вверх. Несколько берез настолько сгнили, что даже я, маленький тогда пацан, мог повалить их. Прикоснешься - и они падали на землю, рассыпаясь в труху. А еще на березах по весне кто-то делал маленькие дырочки в коре и прикреплял банки, в которые собирался березовый сок. Иногда мы выпивали его и ставили банки на место. Ведь все равно, когда придет тот, кто поставил банки, они будут полными. А как здорово было по весне! Среди деревьев распускались синие и желтые подснежники. Мы всегда нарывали их, приносили домой и ставили в вазу - подарок для мамы. Однажды одноклассники брата собрались поехать на сопки за подснежниками, не туда, куда мы могли сходить пешком, а в дальнюю деревню, куда надо было ехать на электричке. Брат решил взять меня с собой. Он сказал, в какое время подойти к месту сбора, а сам пошел по своим делам. Туда я пришел раньше него.

- А ты кто? - спросили у меня его одноклассницы.

Я засмущался и в растерянности сказал:
- Я сын Андрея.

После этого ответа, увидев их лица, я не мог сдержаться от смеха, да и все вокруг тоже засмеялись.

Вскоре подошел и он со своими друзьями. Мы пошли на вокзал, сели на электричку и под мерный стук колес я наблюдал, как состав все выше и выше забирается в сопки. Сейчас уже трудно вспомнить, сколько мы ехали, но, наверное, часа полтора. На перроне нас встречали бабушка и дедушка одной из одноклассниц моего брата. Всей толпой (а нас было человек 15-20) мы пошли к их дому, который находился недалеко от подножия одной из сопок. Все вошли в дом, а я остался на улице, возле сарая, где держали коз. Они были такие интересные! А одна, белая, пыталась меня забодать. Она подбежала ко мне, а потом подняла голову. Меня поразило, что у нее были почти кошачьи глаза, но только щелочки располагались не сверху вниз, а поперек. Необычный взгляд.

Из дома вышла Лена, одноклассница моего брата. Именно у ее дедушки и бабушки мы в этот момент находились.
- Олег, пойдем поедим, а потом пойдем на сопку.

Меня с детства учили, что нельзя злоупотреблять гостеприимством, и поэтому я ей ответил:
- Спасибо, я есть не хочу, я подожду вас здесь.

Несмотря на это, она схватила меня за руку и потащила в дом:
- Там уже все накрыто, и для тебя тоже тарелка поставлена. Не хочешь есть - не ешь, хотя бы просто посиди.

Какой восхитительный борщ! Хоть мой папа и вкусно готовил, но на свежем воздухе в деревне мне показалось, что ничего более вкусного я никогда в жизни не ел.

А потом мы все вместе поднимались вверх по сопке. Она была вся раскрашена желтыми и синими цветами от распустившихся подснежников. Мы их срывали, клали в плетеные корзины, для того чтобы привезти в город и порадовать своих близких, родных наступившей весной.

Зима. Морозы под сорок. К счастью, в Красноярске почти никогда не бывает ветра, так как город находится в долине, окруженной со всех сторон сопками. После уроков (а я учился во вторую смену) брат позвал меня покататься на санках недалеко от дома, на протоку. Пологий берег, спускавшийся к реке, был очень удачным для того, чтобы кататься на санках или лыжах. А наверху стоял магазин, всего лишь метров 15 отделяло его от спуска, и своими цветными неоновыми лампами он раскрашивал снег разными цветами. На улице темно, а площадка перед магазином и горка, по которой мы спускались, были освещены всеми цветами радуги. Несмотря на сильный мороз, нам было жарко, потому что после скоростного спуска - подъем на крутую горку и снова спуск. В общем, энергии уходило очень много. Брат решил надо мной подшутить:
- Олег, а ты лизни полозья санок. Знаешь, какие они кислые и вкусные?

Я прикоснулся языком к санкам и прилип. Отодрать язык я уже не мог. Так мы и пошли домой, с санками, прилипшими к моему языку. Андрей очень боялся, что родители будут его ругать, и поэтому оставил меня в подъезде, а сам поднялся в квартиру. Оттуда он выбежал с кружкой горячей воды. Именно этой водой отлепили язык от санок. Брат долго тоненькой струйкой поливал полозья и мой язык, пока он не отлепился. А потом я два дня не мог говорить. Только шепелявил.

Как я его ненавидел за эту шутку и с какими только проклятиями не вспоминал его! А потом об этом пожалел. К концу зимы, в феврале, когда стояли самые суровые морозы под 50 градусов, Андрей и его одноклассники собрались идти на заимку. Будучи пижоном, мой брат на эту прогулку надел лаковые туфли, которые совершенно не греют и не защищают от мороза. Домой он вернулся около 12 ночи, пешком пройдя более 4 километров. Когда он разулся, его пальцы стучали об пол. Вызвали скорую, а до ее приезда мама набрала в тазик холодной воды. К приезду скорой пальцы на ногах были уже синие. Обморожение третьей степени. Брата увезли в больницу, и хотя я находился в другой комнате, я услышал короткий разговор между мамой и врачами скорой помощи.
- Возможно, пальцы придется ампутировать.

Мама охнула:
- А что, ничего сделать нельзя?
- Будем надеяться, что молодой организм справится.

Только через две недели брат вернулся домой. Пальцы, слава Богу, у него сохранились. Но каждый день нам приходилось нюхать запах мази Вишневского, тошнотворный, противный, когда мама делала ему перевязку. Слава Богу, все обошлось.

Вот и вновь пришла весна. На сопках снова зацвели подснежники. В тайге растаял снег. И брат со своими друзьями взял меня с собой. Долго через тайгу по узенькой тропинке мы поднимались вверх, потом маленькая площадка и крутой обрыв. Внизу течет то ли речка, то ли ручей. А с левой стороны по насыпи можно спуститься вниз. Если пройти по узенькому карнизу, то попадаешь в огромную пещеру, уходящую в глубь на неизвестное расстояние. Мы ходили в самую даль до той поры, пока свет еще проникал в ее потаенные уголки. Так как у нас не было факелов или фонариков, то дальше мы идти не решались. А чуть ниже после весенних паводков куски камня и щебня, съехавшие вниз, открыли маленький узенький проход в еще одну пещеру Брат и его друзья не решались пролезть туда и предложили это сделать мне. Я прополз через узкий проход и в сумрачном свете увидел огромную пещеру, в стенах которой на уровне пола были прорублены лежанки, и сверху их прикрывало полуистлевшее сено. На одной из таких лежанок я увидел скелет. И хоть страх сковал меня и я бросился к выходу, но запомнил подробности. На шее скелета как бы на металлической нити висели зубы каких-то животных. В фаланге левой руки был зажат кремневый нож. А на полу, как будто только что сделанное, лежало древко копья с каменным наконечником. Все это я уже вспомнил потом, когда пробирался по узкой расщелине, пытаясь выползти наружу. Я вылез только наполовину, когда свод надо мной рухнул, придавив мне ноги. Долго, почти до самой темноты, брат и его товарищи освобождали меня из каменного плена.

Этой зимой отец возил меня в Дивногорск, это там, где Саяно-Шушенская ГЭС. Самое интересное, запомнившееся на всю жизнь, это в кафе, куда привел меня отец, нас угостили фирменным блюдом - салатом <Дивный>. Представляете, трескучий мороз, в маленьком кафе среди тайги возле Саяно-Шушенской ГЭС в кафе есть салат со свежими огурцами и помидорами. И еще неизвестно с чем, но настолько замечательный и вкусный! А потом с отцом, таща за собой санки, мы начали подниматься на сопки ко всем известным Красноярским столбам. Кого-то обгоняли мы, кто-то обгонял нас, но людей было довольно-таки много, которые шли, чтобы хотя бы увидеть это замечательное творение природы - Красноярские столбы.

На этих сопках был оборудован заповедник. Какой славный, ручной был олененок Олежка, мой тезка! Он так забавно тыкался мне в лицо, облизывал меня и себя, намекая на то, что я должен дать ему что-нибудь вкусненькое. Здорово, что у папы в рюкзаке оказался кусочек хлеба! И можете не сомневаться, что Олежка съел этот кусочек с огромной благодарностью, после чего вылизал мне руки и еще долго-долго облизывался. А в специальном вольере из мелкой рабицы содержались горные рыси. Интересные животные, белые, с мелкими черными точками, похожие на огромных котов.

Идем дальше вверх. Вот перед нами открываются столбы Перья, да и другие, менее интересные. Ветер и коррозия создали уникальный памятник архитектуры природы. Отец смотрит на часы. Пора возвращаться назад. Я на санках быстро спускаюсь до ближайшего поворота и жду, когда спустится мой отец. Папа идет медленно, оглядывается по сторонам. Всем своим видом показывая: сынок, оглянись, посмотри, какая красота, увидь и запомни все это! Но как только он подходит ко мне, я снова на санках несусь вниз до ближайшего поворота. И снова жду его и гляжу по сторонам, запоминая каждое деревце, каждый камешек нашей прекрасной таежной природы.

Отец уже уехал в Новосибирск. Там новая квартира. Мы с мамой упаковываем вещи для переезда. Брат этим летом поступил в суворовское училище. А я уговорил маму снова сходить на сопки. Вот сейчас я стою на краю обрыва, подо мной то ли река, то ли ручей, бегущий между скал, а чуть дальше за ним, подымаясь все выше на сопку, разбросаны небольшие домики дачного поселка. Слева от меня спуск по камнепаду. Когда-то здесь сошла лавина и сделала достаточно удобный спуск. Если по нему чуть-чуть уйти вправо и по узкому карнизу пройти вдоль обрыва, то можно попасть в огромную пещеру, уходящую в глубь скалы. А еще ниже, где мелкий расколотый камень сыплется из-под ног, оголяется узкое отверстие - вход в другую пещеру. Только сейчас он завален. Прощайте, Красноярск, Енисей, протока! Впереди новая жизнь. В новом городе, на новом месте. И новые мечты.

Опубликовано: 17.09.10   Просмотров: 2069
+  -  Печать 

Поиск: 
Наши ресурсы

Клуб друзей   Олег Бунтарев на сервере Проза.ру  Олег Бунтарев на сервере Что хочет автор

Расскажи о сайте
 
 
Мини-повести
 
 
Ваша поддержка
 




Подробнее
 
Случайное фото
 
477_800x600.jpeg
Рассветы и закаты (4)
 
Поиск
 
 
RSS / MAP / W3C
 

RSS - международный формат, специально созданный для трансляции данных с одного сайта на другой.
Используя готовые экспортные файлы в формате RSS, вы можете разместить на своей странице заголовки и аннотации сюжетов наших новостей.
Кроме того, посредством RSS можно читать новости специальными программами - агрегаторами новостей - и таким образом оперативно узнавать
об обновлениях нужных сайтов.
Google SiteMap
Valid XHTML 1.0 Transitional
Рейтинг@Mail.ru
 
О сайте Новости Фотоальбомы Ссылки Карта сайта
© 2018 All right reserved Rebel_TM 2010